|
|
Чкалов Валерий Павлович
Выпускник 1923 года
Герой Советского Союза
.
Вале́рий Па́влович Чка́лов (1904—1938) — советский лётчик-испытатель, комбриг, Герой Советского Союза.
Командир экипажа самолёта, в 1937 году совершившего первый беспосадочный перелёт через Северный полюс из Москвы в Ванкувер.
Его имя носит Борисоглебское ВВАУЛ.
.
Содержание
• 1 Биография
• 2 Гибель Чкалова
• 3 Наследие
• 4 Награды
• 5 Сочинения
• 6 Литература
.
Биография
Валерий Павлович Чкалов родился 2 февраля 1904 года в селе Василёво (ныне город Чкаловск) в семье рабочего- котельщика Василёвских казённых мастерских. Мать умерла рано, когда Валерию было 6 лет.
В семь лет Валерий пошел учиться в Василёвскую начальную школу, и рос, как все другие его сверстники. В 1916 г., когда Валерию исполнилось 12 лет, он окончил сельскую школу в селе Васильево, и отец направляет его на учёбу в Череповецкое ремесленное техническое училище. Время было голодное, и Валерий, не окончив ремесленного училища, в 1918 г. вернулся домой. Отец взял его к себе на работу подсобным рабочим. В возрасте 15 лет Валерий уже был сильным, широкоплечим парнем, поэтому начал трудиться наравне со взрослыми.
В навигацию 1919 года он работал кочегаром на пароходе «Баян», ходил по Волге.
Однажды, стоя на берегу реки, он увидел кружившийся в небе самолет и залюбовался им.
- А почему бы и мне не стать летчиком? - мелькнула мысль у Валерия.
Сначала эта мечта казалась ему не сбыточной, потом появилось непреодолимое желание почувствовать себя в небе, пережить ощущение летающего человека.
Валерий решил пойти к летчикам и попросить их, чтобы они научили его летать. Он принял решение и, уволившись с парохода, приехал в Нижний Новгород. Там явился в авиационный парк и добровольцем поступил в ряды Советской Армии. Его определили слесарем-сборщиком самолётов. Он плел тросы, покрывал лаком самолетные плоскости и фюзеляжи и присматривался к опытным мотористам, которые ремонтировали самолёты. Работа Валерию нравилась и он не только выполнял то, что ему поручали, но всегда успевал помочь другим, а помогая спрашивал, что к чему, изучал технические описания моторов и самолётов.
Валерия за усердие в работе, за любознательность полюбили летчики и механики.
Вскоре он добился, что летчики стали его брать с собой в полет. Побывав в воздухе, Валерий почувствовал, что другой жизни, кроме летной, у него быть не может.
Вскоре его желание было удовлетворено. Он получил направление в Егорьевскую авиационную школу. Там для Валерия начался трудный перид. Нужно было освоить не только специальные авиационные предметы , но и общеобразовательные - физику, математику, русский язык, политграмоту.
Упорно, настойчиво учился Валерий Чкалов, стараясь не отставать от более подготовленных товарищей, а по математике даже показал незаурядные способности. Учился он прилежно, но не зубрил теорию, а усваивал материал осмысленно.
 Успешно закончив Егорьевскую теоретическую школу, весной 1923 года Валерий, как и все его товарищи, получил звание красного командира, или, как тогда говорили, краскома. Весь выпуск тут же направили в Борисоглебскую школу летчиков для практических занятий. Чкалов 16 апреля 1923 г. прибыл в Борисоглебск. Здесь только началось формирование 2-й военной школы летчиков. В ней в числе летчиков - инструкторов и преподавателей было не мало участников боев на фронтах гражданской войны. От них Чкалов и другие курсанты узнавали много поучительного о славных боевых делах первых красвоенлетов, отважно и самоотверженно сражавшихся с врагами молодого советского государства под Царицыном, Петроргадом, на Южном фронте, в Туркестане, у Каховки.
С огромным интересом Чкалов слушал рассказы боевых авиаторов о победоносных воздушных боях с хорошо оснащенными новой авиационной техникой интервентами и белогвардейцами. Эти беседы имели огромное значение для Чкалова. Они способствовали формированию характера будущего летчика, патриотических чувст и любви к своей Советской Родине.
В Борисоглебской летной школе Чкалов сразу же включился в работу. Его можно было видеть на перестройке кавалерийского манежа, в ангаре и на аэродроме, в мастерских на сборке самолетов и в библиотеке. В свободное время он увлекался футболом, участвовал в художественной самодеятельности. Всюду успевал этот энергичный, подвижный и общительный волжанин.
В Борисоглебске Валерий Чкалов попал в группу инструктора Очева Вениамина Алексеевича, очень требовательного и строгого летчика. Обучение летному мастерству началось с рулежки на самолете "Моран-Парасиль". Рулежка в то время входила в программу обучения курсантов и производилась на самолетах, у которых с плоскостей была снята обшивка, чтобы самолет не взлетел. Курсанты приучались управлять самолетом на земле при разбеге, имитируя взлет, и на пробеге - посадку. В этих случаях очень важно уметь выдерживать направление рулежки. Такие упражнения Чкалов выполнял отлично и закончил рулежку одним из первых в группе.
Если на теоретически занятиях Чкалов учился хорошо, то во время практического обучения он сразу же показал незаурядные способности, напористость, неукротимую жажду в освоении летного мастерства.
У Чкалова было много друзей. Его уважали за прямоту, за твердость характера, за чуткость, отзывчивость, за стремление помочь товарищам, когда они в этом нуждались.
9 октября 1923 года состоялся первый выпуск летчиков новой школы. В аттестации Валерия было записано: «Чкалов являет пример осмысленного и внимательного летчика… Он быстро соображает и действует с энергией и решительностью, раскрывает причины своих ошибок и удачно их исправляет. Хорошо чувствует самолет и скорость полета».
  .
В октябре 1923 года в числе десяти лучших учеников, Чкалова отправляют в Московскую школу высшего пилотажа.
Здесь он уже слушатель, а не «учлет», и самолеты здесь боевые, немецкие «фоккеры» и английские «мартинсайды», на которых будут обучать фигурам высшего пилотажа. Его учителем и наставником, в Московской авиашколе, стал Александр Иванович Жуков.
В мае 1924 года Чкалов окончил московскую школу и получил направление в Серпуховскую высшую авиационную школу стрельбы, бомбометания и воздушного боя. Его определили в группу летчика-инструктора Михаила Михайловича Громова, великолепнейшего летчика, прекрасного педагога и душевного человека.
В своих воспоминаниях о тех далеких днях, бывший инструктор Серпуховской школы, М.М. Громов так характеризовал Чкалова в своем рассказе «Самородок»: «Чкалов неизменно оказывался первым на всех стадиях обучения воздушному бою. Он не знал никаких колебаний: сказано – сделано. Он шел, как говорится, напролом. Самые смелые решения он приводил в исполнение раньше, чем могло бы появиться чувство страха. В решительную минуту он отбрасывал все, что ему мешало достигнуть успеха. Все силы его могучей натуры устремлялись в одном направлении – к победе. Быстрота действий у этого человека равнялась быстроте соображения. Он действовал так решительно, что, в сущности говоря, и времени не оставлял для сомнений … Чкалов просто не умел бояться. Виртуозным маневром ошеломлял «противника», сваливался ему на голову, заходил в хвост и добивался победы».
В ноябре 1924 года Чкалов получил звание летчика-истребителя, распростился с Серпуховом и убыл в строевую часть.
.
В 1-й Краснознаменной истребительной эскадрилье, созданной из отряда легендарного летчика Нестерова, Валерия Чкалова назначили в звено летчика Москвина, выделив для первоначальных тренировочных полетов французский самолет «Ньюпор-24-бис», много раз ремонтированный побывавший во многих мастерских….
Трудно сказать, как сложилась бы служба Валерия Павловича в эскадрильи, если бы не ее командир Иван Панфилович Антошин (впоследствии ставшим начальником Одесской летной школы) или «Батя», как называли его подчиненные. Связанный рамками устава, указов свыше, Антошин понимал неординарность молодого летчика Чкалова, уступал его просьбам совершить ту или иную фигуру в воздухе. Побеспокоился Иван Панфилович и о безопасности своего «подопечного» — пересадив его на более прочный самолет — «Фоккер Д-7».
.
Благодаря А. Белякову, штурману Чкаловского экипажа, до нас дошел один из эпизодов, случившийся в Гатчине, куда Чкалов вновь вернулся после курсов усовершенствования, весной 1927 г.
На аэродроме шли очередные полеты, и командир предложил Чкалову показать то, чему научили его на курсах. А Чкалову показалось, что ему приказали показать все те фигуры, которые мог делать только он один. Вначале за полетом с земли наблюдали довольные командир и офицеры. Потом вдруг самолет в крутом пике понесся с ревом к земле, к ангару. Самолет стремительно падал, до земли оставалось около 50 метров. В кабине хорошо был виден летчик. Потом машина пошла круто вверх, явно намереваясь совершить петлю. Идти на такой риск при такой высоте — самоубийство! Но Чкалов, чуть набрав высоту, показав зрителям «спину», четко повернул самолет на 180 градусов, продолжив полет на той же высоте.
.
Страх? Восторг! Изумление?! Какие чувства были у стоящих на земле? Все знали, что самолет при попытке совершить переворот, чаще всего сваливается в штопор, а Чкалов эту фигуру повторил еще не один раз и пошел на посадку. Но и тут он оказался верен себе и подготовил для зрителей сюрприз: у границы аэродрома летчик перевернул машину вверх колесами, продолжая полет. Когда до земли оставалось несколько метров, самолет совершил второй переворот и тут же приземлился на три точки. Замедленная «бочка», выполненная при планировании на посадку! Вот чему Чкалов научился на курсах! Такого гатчинский аэродром не видел. Счастливое состояние Чкалова померкло после приземления. Комэск сделал ему положенные по инструкции замечания по целому ряду пунктов, но поблагодарил за технику полета. А от комбрига летчик получил 20 суток гауптвахты и 20 дней отстранения от полетов…. http://history-gatchina.ru/article/chkalov1.htm 
 В 1927 году Чкалов женился на ленинградской учительнице Ольге Эразмовне Ореховой. Первенцем в семье стал сын Игорь.
В феврале 1928 года Чкалов получает повышение, и в качестве командира звена прибывает в Брянск. Служба в Брянске была недолгой и закончилась для летчика драматично. Он решил со своим звеном пролететь под электрическими проводами, и этот прием осуществил бы, т.к. все просчитал. Но провода висели недопустимо низко, и машины рухнули на землю. Личный состав, к счастью, не пострадал, но самолеты летать уже не могли. Вот тут Чкалову припомнили все. И крушение над «шапкой» Исаакиевского собора в Ленинграде, и пролет там же под Троицким мостом, и «гатчинские выкрутасы». Чкалов предполагал наказание — на строгость приказов не жалуются, да и за машину каждый летчик в ответе. Но суда не ждал, а, тем более, приговора — год тюремного заключения.
Вмешательство бывших командиров срок в Брянской тюрьме сократило до 19 дней, но за освобождением последовало увольнение из армии. Безработный Чкалов засел за книги и учебники.
Не надеясь вернуться в армию, Чкалов решил поступить в институт. Но вскоре пришла тоска по зеленому полю аэродрома, по голубому небу, по кабине самолета. Чкалов с удовольствием принял предложение работать в Осоавиахиме летчиком-инструктором. Бывший военный лётчик катал пассажиров, туристов, учил летать мальчишек..
В судьбу Чкалова вновь вмешались его бывшие начальник, и летчика возвращают в истребительную авиацию в качестве летчика-испытателя НИИ ВВК. Ленинградский период жизни Чкалова закончился. 11 ноября 1930 г. приказом по Научно-испытательному институту ВВС он зачислен в штат института.
.
За два года работы в НИИ он совершил более 800 испытательных полётов, освоив технику пилотирования 30 типов самолётов. Чкалов участвовал в испытаниях авиаматки, которая представляла собой тяжёлый бомбардировщик, нёсший на своих крыльях и фюзеляже до пяти самолётов-истребителей.
С января 1933 года Валерий Чкалов работал лётчиком-испытателем Московского авиационного завода имени Менжинского. Он испытывал лучшие самолёты истребители 30-х годов И-15 (биплан) и И-16 (моноплан) конструкции Поликарпова. Он также принимал участие в испытаниях истребителей танков «ВИТ-1», «ВИТ-2», а также тяжёлых бомбардировщиков «ТБ-1», «ТБ-3».
У Чкалова было много друзей. Его уважали за прямоту, за твердость характера, за чуткость, отзывчивость, за стремление помочь товарищам, когда они в этом нуждались.
Был случай, когда с одного из летчиков начали высчитывать деньги на ремонт поломанного им самолета. Летчик оказался в затруднительном положении. Чкалов, не раздумывая, уплатил за него деньги.
В 1937 г. арестовали двух техников за аварию самолета. Чкалов добился освобождения их, доказав, что авария произошла не по их вине, а из-за заводского дефекта.
5 мая 1935 года авиаконструктор Николай Поликарпов и летчик-испытатель Валерий Чкалов за создание лучших самолётов-истребителей были награждены высшей правительственной наградой — орденом Ленина.
Однажды, осенью 1935 года, на завод к Чкалову зашёл его друг лётчик-испытатель НИИ ВВС Георгий Байдуков. Он предложил Чкалову организовать рекордный перелёт из СССР в США через Северный полюс и возглавить экипаж самолёта. Чкалов и до этой встречи мечтал о дальних перелётах,но тут было конкретное предложение и назван самолёт "АНТ- 25".
 Чкалов Валерий Павлович. Фото С. Кудоярова. 1936 г..
Весной 1936 года Чкалов, Байдуков и Беляков обратились в правительство с предложением провести такой перелёт, но Сталин, опасаясь повторения неудачной попытки перелета Леваневского, лично указал другой план маршрута: Москва — Петропавловск-Камчатский. Этот перелёт стартовал 20 июля 1936 года и продолжался 56 часов до посадки на песчаной косе острова Удд. Общая протяжённость рекордного маршрута составила 9375 километров. Уже на острове Удд на борт самолета была нанесена надпись «Сталинский маршрут», сохранённая и при следующем перелёте — через Северный полюс. Оба чкаловских перелёта официально носили это название вплоть до начала «борьбы с культом личности Сталина» и литературных подчисток. За перелёт весь экипаж был удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина: медаль Золотая Звезда, введённая в 1939 году уже после смерти Чкалова, была вручена только в 2004 году его детям. Об исключительной важности этого перелёта для того времени говорит тот факт, что возвращение самолёта в Москву приехал лично встречать на аэродром И. В. Сталин.
 Чкалов, Сталин, Беляков. 10 августа 1936 г.
.
 Чкалов и Сталин, 1936 г..
Чкалов продолжал добиваться разрешения на совершение перелёта в США, и в мае 1937 года разрешение было получено. Рано утром 18 июня самолёт взлетел, а 20 июня в 16 часов 20 минут полет был завершён. Полёт проходил в значительно более сложных условиях, чем предыдущий (отсутствие видимости, обмерзание и т. д.), но 20 июня самолёт совершил благополучную посадку в американском городе Ванкувер, пролетев расстояние 9130 км. за 63 часа 16 минут.. Чкалов продолжал добиваться разрешения на совершение перелёта в США, и в мае 1937 года разрешение было получено. Рано утром 18 июня самолёт взлетел, а 20 июня в 16 часов 20 минут полет был завершён. Полёт проходил в значительно более сложных условиях, чем предыдущий (отсутствие видимости, обмерзание и т. д.), но 20 июня самолёт совершил благополучную посадку в американском городе Ванкувер, пролетев расстояние 9130 км. за 63 часа 16 минут.
 С оветские летчики после перелета через Северный Полюс в США. В. П. Чкалов, Г. Ф. Байдуков и А. В. Беляков. 20 июня 1937 г..
За этот перелёт экипаж был награждён орденами Красного Знамени.
После легендарного перелета Чкалова через Северный полюс в США он был награжден легковым автомобилем. А личная машина в те годы была редкостью, и Чкалов никогда один не ездил на ней. Он или на аэродроме брал с собой друзей, или по дороге останавливался и сажал в машину попутчиков.
Чкалов был выдающимся летчиком, но никогда не ставил себя выше других. Даже в Америке в беседе с корреспондентами он, рассказывая о своем экипаже, сказал, что его второй пилот Байдуков — летчик более высокого класса, и что именно он вел самолет «вслепую» в облаках. На такое признание способен далеко не каждый летчик.
  12 декабря 1937 года Валерий Чкалов был избран депутатом Совета Национальностей Верховного Совета СССР от Горьковской области и Чувашской АССР. По просьбе жителей Василёва их посёлок был переименован в Чкаловск.
Чкалову предлагали занять государственную должность, но он продолжал заниматься испытательской работой.
Учитывая выдающиеся заслуги В.П.Чкалова, ему были присвоены внеочередные воинские звания: в июле 1937 г.— полковника, а в феврале 1938 г. — комбрига.
Став знаменитым летчиком, Чкалов остался самим собой и снова пошел на завод, чтобы испытывать самолеты.
К началу 1938 г. наш основной истребитель И-16 уже не отвечал новым требованиям. Конструкторское бюро Поликарпова начало готовить новый истребитель И-180. Его схема мало чем отличалась от И-16, но скорость и потолок его были выше чем у И-16. 1 декабря 1938 года он был срочно вызван из отпуска для проведения испытаний нового истребителя И-180.
Гибель Чкалова
Испытания И-180 Чкалов начал 15-го декабря 1938 г. Это был первый полёт нового истребителя конструкции Поликарпова. Полёт готовился в страшной спешке, нужно было успеть до конца года.
Стоял морозный зимний день. Чкалов благополучно взлетел с Центрального аэродрома. Полетное задание предписывало Чкалову совершить первый полёт без уборки шасси с ограничением скоростей по маршруту над Центральным аэродромом, на высоте 600 м. Тем не менее он покинул границы Ходынского поля и пролетел над ближней дачей Сталина, сделав своеобразный подарок ко дню рождения вождя.
 В этот день температура воздуха была −24 °C. Уже при заходе на посадку двигатель М-88, не оснащённый лобовыми жалюзи, переохладился и, при попытке изменить режим его работы, заглох. Чкалов пытался дотянуть до аэродрома. Но уже на подходе, видя, что самолёт не перелетит через жилые бараки, где могли быть люди, Чкалов отвернул и врезался центропланом в высоковольтную опору. Через два часа Валерий Павлович скончался в Боткинской больнице от полученных травм.
Похоронен Чкалов в Москве, урна с его прахом лежит в Кремлёвской стене.
На месте его гибели на Хорошевском шоссе установлен мемориальный камень.
.
Наследие
Его имя увековечено в названии улиц многих городов, населенных пунктов. Его именем названы пароходы, дома культуры, колхозы. Имя Чкалова носит один из крупнейших самолетостроительных заводов.
Постановлением СНК Союза ССР от 28 декабря 1938 г. имя Чкалова присвоено Борисоглебскому училищу летчиков. Образ Валерия Павловича Чкалова, его замечательный жизненный путь, его дерзновенная воля, бесстрашие, его преданность Родине служили и служат вдохновляющим примером для каждого летчика, курсанта. Имя Чкалова носит улица в городе Воронеже и городе Борисоглебске. Именем лётчика названы улицы в Канавинском районе Нижнего Новгорода, Фокинском районе Брянска, г. Жуковский и станции метро «Чкаловская» в Москве, Харькове, Петербурге, Нижнем Новгороде и Ташкенте. Ему установлен памятник на Волжском откосе возле Нижегородского кремля, у входа в Боинговский авиамузей в Сиэтле установлен его бюст. Бюст Героя установлен на территории Борисоглебского лётного училища. Именем Чкалова названы город Чкаловск в Нижегородской области и город Чкаловск в Согдийской области Таджикистана. С 1938 по 1957 имя Чкалова носил Оренбург.
*****
Памятник Чкалову в городе Оренбурге на набережной реки Урал, являющейся границей между Европой и Азией. Фотографии предоставил Вячеслав Бусыгин (Кача-81):
*****
Памятник В. П. Чкалову в Нижнем Новгороде Бюст на территории Борисоглебского ВАЛЕРИЙ ЧКАЛОВ. Бюст работы
училища лётчиков Свешникова и Чаркина. Сиэтл, США
Фотографию прислал А. Тимохин, Кача-81
*****
Награды
• Медаль «Золотая Звезда»
• 2 ордена Ленина
• Орден Красного Знамени
Сочинения
• Наш трансполярный рейс Москва — Северный полюс — Северная Америка. М., 1938;
• Моя жизнь принадлежит Родине. Статьи и речи. М., 1954
• Материалы из Википедии — свободной энциклопедии
*****
.
В. П. Чкалов в Егорьевской авиационной школе
Авиация стала любимым детищем советского народа. Авиационные рабочие сутками не покидали цехов, осваивали производство машин, моторов и досрочно их выпускали. Естественно возник вопрос о подготовке летных кадров. В Московской области, в городе Егорьевске, открыли авиационную теоретическую школу. В ее стенах собрались бывшие красноармейцы, рабочие, мотористы, присланные с фронтов, заводов, из авиационных частей, парков.
Егорьевская военно-теоретическая школа авиации (первоначально она называлась народная социалистическая авиашкола) - это Гатчинская военно-авиационная школа, которая в связи с общей эвакуацией Центральных учреждений из Петроградского района, в феврале - июле 1918 года была эвакуирована в глубь страны. В Егорьевской «терке» изучали только авиационную теорию и материальную часть. Летную подготовку получали в Борисоглебской и Московской школах, а боевую - в Серпуховской.
Вспоминает генерал-лейтенант авиации Каравацкий: «Егорьевск, тихий небольшой городок. В нем было несколько текстильных фабрик, которые и определяли его облик, род занятий жителей. После Петрограда этот населенный пункт казался убогим, захолустным…
В Егорьевском монастыре располагалась авиационная школа... Там же находилось наше общежитие. В каждой келье размещалось по два-три курсанта. Учебный корпус располагался неподалеку от монастыря, в двухэтажном здании, каких в городе имелось не так много. Все изучаемые в школе предметы были по-своему интересными…
Трудно давались лекции по теории авиации, механике, сопротивлению материалов. Не располагали мы достаточной подготовкой по математике и физике. Многое приходилось принимать на веру, заучивать наизусть, как стихи. Никому не хотелось попасть в число тех, кого отчислят и отсеют, кто попадет в «неизбежные» катастрофы.
Изучали и метеорологию. В школе имелась метеостанция, где проводились практические занятия. Погода и полеты на заре нашей авиации были понятиями неотделимыми. Каждый полет всецело зависел от «небесной канцелярии». И умение предсказывать погоду считалось для нас весьма важным. Желание летать без аварий и катастроф заставляло нас глубоко вникать в авиационную науку…
В 1921 году командование авиапарка удовлетворило просьбу Чкалова и направило его в теоретическую авиационную школу города Егорьевска. Это была первая советская школа летчиков. В 2002 году этой школе летчиков, а ныне Егорьевскому авиационному техническому колледжу гражданской авиации присвоено имя В. П. Чкалова.
Так сбылась мечта В. П. Чкалова. Но до самостоятельных полетов было еще далеко.
Валерий попал в хорошую, здоровую среду. Вместе с новыми своими товарищами он занимался арифметикой и геометрией, знакомился с аэродинамикой. Учился с обычным для него страстным увлечением и охотно помогал отстающим.
Не по годам сильного волжанина, жизнерадостного, добродушного, полюбили и учащиеся и преподаватели. В часы досуга он рассказывал товарищам о дорогой его сердцу Волге.
О своей семье Валерий упоминал редко и неохотно. Он боялся, чтобы его тоску по дому не сочли признаком слабости. Валерий и самому себе не сознавался, что тоскует об отце, о заботливой хлопотунье-мачехе, ставшей для него второй матерью, о брате, сестрах, друзьях детства. Попав в Егорьевск, он надолго оторвался от своих. Однако природная жизнерадостность брала верх. Валерий шутил, смеялся, мечтал вслух о будущих полетах. Чем больше он знакомился с самолетостроением, самолетовождением, аэронавигацией, изучал материальную часть самолета, мотор, тем сильнее становилось его влечение к авиации.
Много лет спустя Валерий Павлович Чкалов, вспоминая Егорьевскую теоретическую авиационную школу, писал, что он с жадностью принялся за учение. Эта жадность к знаниям помогла Чкалову глубоко и прочно усвоить все, что преподавали в школе. Теперь его тяга к авиации была уже сознательной. Окрепла уверенность, что он будет летчиком, и хорошим летчиком.
В сентябре того же года группа военных летчиков совершила маршрутный перелет длиной около 3 500 километров. Известие о нем взволновало курсантов Егорьевской школы. Перелет показался юношам грандиозным. У них дух захватывало при мысли, что когда-нибудь им придется летать по таким же маршрутам.
— Мы дальше будем летать. Пока выучимся, для нас еще не такие самолеты построят, — говорил Валерий.
Ему хотелось теперь же, немедленно, хоть на несколько минут подняться в воздух. Но он понимал, что это невозможно, и снова брался за учебники. Без теории далеко не улетишь!
*****
.
СЕРПУХОВСКАЯ АВИАЦИОННАЯ ШКОЛА ВОЗДУШНОЙ СТРЕЛЬБЫ И БОМБОМЕТАНИЯ
Советское правительство приняли решение реорганизовать Красную Армию. На основе решений съезда стали переформировываться и создаваться заново авиационные школы и курсы. В числе вновь созданных была Московская школа воздушного боя и бомбометания. Формирование было начато 10 августа 1921 г.
Первоначально школа размещалась на окраине Москвы, вблизи Института инженеров Красного воздушного флота имени Н. Е. Жуковского. В 1922 г. ее перевели в подмосковный город Серпухов, и она стала называться Серпуховская авиационная школа воздушной стрельбы и бомбометания.
Здание бывшего Владычного монастыря, где разместилась школа, было в полуразрушенном состоянии. Около месяца потребовалось, чтобы создать минимальные условия для размещения штаба, слушателей, оборудовать учебные классы и выровнять летное поле. Самолетный парк состоял из старых, много раз ремонтированных машин иностранных марок. В конце 1922 г. школе передали дивизион тяжелых воздушных кораблей «Илья Муромец», из четырех самолетов которого пригодным для полетов был только один. Почти не было запасных частей, не хватало горючего. Но мотористы не упускали случая снять все пригодное со списанных машин, чтобы обеспечить полеты. Несмотря ни на что, коллектив справился с поставленными задачами. Серпуховская школа воздушной стрельбы и бомбометания начала свой славный путь. Первые полеты со слушателями состоялись через год после сформирования школы Летную часть, куда входили учебные авиационные отряды, возглавил участник гражданской войны летчик В. А. Захаров, а разведывательный отряд —орденоносец летчик И. И. Глебко. С 1924 г. отряды стали комплектовать из выпускников Качинской, Борисоглебской летных школ и Ленинградской высшей школы летчиков-наблюдателей.
Особенно благотворно на воспитание молодых авиаторов влиял личный пример преподавателей и летчиков-инструкторов. В середине 20-х годов в школе инструктором работал М. М. Громов. Еще в гражданскую войну красный военлет Громов на истрепанных, пробитых пулями, наскоро отремонтированных самолетах вылетал на разведку и бомбежку войск Колчака. Михаил Михайлович в 1934 г. совершил полет вокруг Европы, пролетев по замкнутой кривой без посадки и пополнения горючим 12411 км. Этот полет принес ему славу одного из выдающихся летчиков мира. М. М. Громов был удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и Золотой Звезды № 8.
В школе М. М. Громов зарекомендовал себя знающим педагогом и подготовил для ВВС много замечательных летчиков. Самым способным его учеником оказался В. П. Чкалов, который в 1923–1924 гг. осваивал в Серпуховской высшей школе воздушного боя курс боевого применения авиации. Валерий Павлович перенял громовский почерк полета. Его школу летного мастерства В. П. Чкалов блестяще продемонстрировал на воздушном параде в честь 10-летия Великого Октября. Этим полетом он восхитил присутствовавших на параде. Виртуозный пилотаж В. П. Чкалова над Красной площадью отметил в своем приказе Народный комиссар обороны К. Е. Ворошилов.
В 1926-27 гг. лётчиком-инструктором Серпуховской высшей школы воздушного боя, стрельбы и бомбометания служил Юмашев А. Б., который в 1923 г. окончил Егорьевскую школу авиации РККВФ, а в 1924 г. – 2-ю военную школу летчиков КВФ в г. Борисоглебске и Серпуховскую высшую школу воздушного боя, стрельбы и бомбометания. Служил в истребительных частях ВВС в Киевском военном округе. Во время учебы в авиашколе Юмашев увлекся планеризмом. В 1925 г. он сконструировал и построил планер Ю-1, с которым участвовал во Всесоюзных планерных состязаниях в Коктебеле.
Многие питомцы школы отличились во время конфликта на Китайско-Восточной железной дороге в 1929 г. Их действия были высоко оценены Советским правительством. Наиболее активные участники боев с бело-китайскими захватчиками награждены орденом Красного Знамени. Среди них С. А. Маштаков, Н. И. Веселов, В. В. Сипачев, Л. Г. Амбольт, К. А. Разумов и другие.
По мере развития советской авиации перед школой вставали новые задачи, расширялся контингент обучаемых. Серпуховский аэродром и учебная база уже не отвечали новым требованиям.
По заданию начальника ВВС было произведено детальное обследование окрестностей Оренбурга с целью определения возможностей перебазирования Серпуховской высшей школы воздушного боя в этот район.
Осенью 1928 г. из Ленинграда в Оренбург перебазировалась Высшая военная школа летчиков-наблюдателей, которая вошла в состав бывшей Серпуховской высшей школы воздушного боя. Созданная в 1921 г., она в течение семи лет работала без летных происшествий и подготовила несколько сот квалифицированных воздушных бойцов. Среди них П. И. Баранов (впоследствии начальник ВВС), П. Ф. Жигарев (Главный маршал авиации), Н. С. Скрипко (маршал авиации), Б. В. Стерлигов (длительное время возглавлявший штурманскую службу ВВС), К. В. Маслов (комбриг, командующий ВВС одного из военных округов), И. В. Доронин и другие хорошо известные в стране и за рубежом летчики и штурманы.
Объединенная школа стала называться Третьей военной школой летчиков и летчиков-наблюдателей имени К. Е. Ворошилова, которая впоследствии положила начало существованию Оренбургского летного училища.....
.
Источник:
.
СТРЕЛЬБОМ” И “АЭРОГУЛЯНЬЯ”
 Началом развития авиации в Серпухове стало создание в августе 1922 года Высшей военной авиационной школы воздушной стрельбы и бомбометания. Изобретательные авиаторы придумали ей краткое, но запоминающееся название “Стрельбом”.
ШКОЛА СОВЕТСКИХ АСОВ
В серпуховскую авиашколу принимали только подготовленных летчиков, окончивших курс Московской школы высшего пилотажа. Местом базирования “Стрельбома” стал Серпуховский Владычный монастырь. Первым начальником школы был назначен опытный летчик К.Ф. Капустян, окончивший Севастопольскую летную школу еще в 1912 году. Инструкторами работали известные летчики Н.К. Анчутин, Л.А. Юнгмейстер, Б.Н. Кудрин.
Авиашкола строилась по типу такой же во Франции, но работала в несравненно худших условиях. Монастырские здания к этому периоду были в ветхом состоянии и потребовалось время, чтобы создать минимальные условия для размещения штаба и слушателей. За небольшой срок были оборудованы учебные классы и мастерские, а в пойме Оки подготовлено летное поле. Вместе с тем, при школе появилась неплохая библиотека с читальней, а для неграмотных красноармейцев кружок по ликвидации неграмотности. Весьма популярны в городе были футбольные команды авиашколы “Сокол” (1922 год) и “Авиашкола” (1923 год).
Весной 1923 года на серпуховском аэродроме начались первые учебные полеты. На полигоне близ села Турово в пойме Оки курсанты отрабатывали прицельное бомбометание цементными болванками. В 1924 году начальником школы назначается Ф.А. Астахов (впоследствии маршал авиации). Вскоре школе присваивается новое название “Серпуховская высшая авиационная школа стрельбы, бомбометания и воздушного боя”. В 1926 году ее начальником стал боевой летчик С.Я. Корф.
Серпуховское небо в 1927 году становится тесным для авиашколы, и она перебазируется в Оренбург, однако в Серпухове был оставлен небольшой авиаотряд, преобразованный затем в отдельную школу военных пилотов.
“НАШ ОТВЕТ ЧЕМБЕРЛЕНУ”
Несмотря на напряженный учебный процесс, серпуховским авиаторам удалось наладить тесное сотрудничество с городскими предприятиями. Для этой цели в авиашколе была создана комиссия связи. Учлеты знакомились на местах с различными серпуховскими производствами, а для горожан устраивались экскурсии на аэродром с показом авиатехники, после чего некоторым экскурсантам предоставлялась возможность подняться на самолете в воздух.
Все это привлекало внимание населения к зарождающему воздушному флоту. Поэтому не случайно серпуховичи активно включились в сбор денежных средств для постройки новых самолетов. 11 ноября 1923 года на Центральном аэродроме в Москве состоялась торжественная передача Красному Воздушному флоту самолетов, составивших авиаотряд “Ультиматум”. Каждая из девяти боевых машин получила собственное название. Среди них был самолет “Серпуховский рабочий”, построенный на средства, собранные нашими земляками. На средства серпуховских рабочих были построены и самолеты “Текстильщица” и “Наш ответ Чемберлену”, также переданные авиаотряду “Ультиматум”.
После создания в 1923 году Общества друзей Воздушного Флота (ОДВФ) в Серпухове создаются первичные организации ОДВФ, которые активно участвовали в создании первых авиакружков на предприятиях и школах города.
“ИЛЬЯ” И “МАРТЫН”
В серпуховской авиашколе уживались многие типы самолетов, начиная от “Ньюпоров” до новейших “Мартинсайдов”, которые летчики по=русски называли “Мартынами”. Особо следует остановиться на легендарном “Илье Муромце”, построенном в 19131914 годы русским авиаконструктором И.И. Сикорским. Дивизион воздушных кораблей “ИМ” достойно воевал в Первую мировую войну. После участия в Гражданской войне последний летающий “Илья” в 1922 году был направлен в распоряжение вновь создаваемой серпуховской авиашколы. Б.Н. Кудрин в 1922-1923 годы на этом самолете совершил около 80 полетов, которые произвели неизгладимое впечатление на жителей города Серпухов.
В июле 1926 года газета “Набат” опубликовала снимок и сообщение “В устье Нары потерпел крушение последний самолет “Илья Муромец”.
Несовершенные и изношенные самолеты довольно часто создавали аварийные ситуации. Так, 24 мая 1923 года в серпуховском небе случилась катастрофа. Самолет “ДейчФорд”, пилотируемый инструкторами Спириным и Морокиным, круто поднявшись на высоту 100 метров, потерял скорость и, скользнув на левое крыло, упал на приокский луг. Потом стало известно, что мужество и находчивость летчиков предотвратили падение их машины на жилые дома.
В начале июня 1923 года на аэродроме произошел случай, небывалый в авиационной практике. Два летчика, снижаясь, заметили, что возле них в воздухе загорается неотработанный бензин, выходивший из глушителя. Летчики невольно вспомнили недавнюю катастрофу, когда сгорели Спирин и Морокин, и выключили мотор. На высоте 2-х сажень над землей пилоты выпрыгнули из самолета и кубарем покатились по земле, и остались живы. “Нам нужно быть здесь не только инструкторами, но и конструкторами”, говорил начальник школы Ф.А. Астахов, так как на серпуховском аэродроме проводились доработки первых советских самолетов. Известно, что в 1923 году после испытательных полетов К. Арцеулова в “Стрельбом” была передана “Двухвостка” Хиони, а в 1924 году экспериментальный бомбардировщик “КОМТА”.
СЕРПУХОВСКИЕ “АЭРОГУЛЯНЬЯ”
Несмотря на опасность авиакатастроф, народ сразу же полюбил авиационные зрелища. Но мало кто знает, что прообразом этих авиационных праздников стали так называемые “аэрогулянья”.
Из серпуховской газеты “Набат” от 3 июля 1923 года: “Воскресенье… На приокский луг потянулся пестрый человеческий поток. А на аэродроме, против ветра, выстроился ряд самолетов, вызывающих, опрятных и окруженных плотными группами любопытных. В открытое гнездо “Вуазена” влезает военком. Речь короткая. Пять минут. А теперь полеты! Истребитель взмывает к небу. За ним другой, третий. Небо застонало. Головы толпы запрокинуты. А на горизонте со стороны Москвы рисуется пара самолетовгостей. Незнакомцы совершенно непринужденно демонстрируют высший пилотаж. Наконец, классическая посадка, и самолеты рулят на линию разбега. Платные полеты привлекают порядочную группу желающих. Кроме того, имеются счастливчики, выигравшие в лотерее билет на полет. “Илья Муромец” уже шевелит винтами. Из окошка кабины улыбаются и машут платные пассажиры. Все дальше и дальше уходит “Илья”. Но быстрее всех и исправнее работает “Вуазен”. На этом самолете катаются как на извозчике. Толпа весело ржет, когда аппарат, вдруг, как бы снижаясь, с ревом проносится почти над головами и снова взмывает к небу… Гулянье удалось…”
ГРОМОВ И ЧКАЛОВ
Весной 1924 года лучших инструкторов Московской школы высшего пилотажа, в числе которых был знаменитый М.М. Громов, направили в Серпухов для обучения и экстренного выпуска нескольких групп учлетов. С утра до вечера Владычная слобода “наслаждалась” ревом авиационных моторов. Но после вечерних полетов уже летчики слушали “концерты”. За стенами келий Владычного монастыря, на берегах Нары, в кустах и береговой поросли водилось множество лягушек и соловьев. Хор лягушек был весьма громогласным и надоедливым, но когда появлялась луна и начинали петь соловьи, лягушки умолкали. В своей книге “На земле и в небе” М.М. Громов писал: “…Я до сих пор всегда вспоминаю это непередаваемое наслаждение ночное пение серпуховских соловьев...”
В мае 1924 года в группе инструктора Громова, считавшейся передовой, появился курсант В.П. Чкалов. За короткий срок Михаил Громов передал Валерию Чкалову свой опыт и сделал из него летчика экстракласса. Вскоре молодой пилот получил возможность продемонстрировать свое мастерство. Когда из Дании в Серпухов прибыли германские истребители марки “Фоккер”, Валерию поручили “опробовать” один из самолетов. После этого полета пришлось срочно вызывать с авиазавода сварщиков, так как на всех узлах конструкции самолета появились трещины. В то же время “за недисциплинированность” Чкалова на 6 месяцев исключили из комсомола. О восстановлении его в комсомоле история умалчивает. Во всяком случае, в последующие годы, вплоть до 1937 года, когда он в один миг, по решению ЦК партии, стал коммунистом, в анкетах он писал: “беспартийный”.
Немало преподавателей и выпускников “Стрельбома” впоследствии стали известными испытателями авиатехники, в их числе – М.М. Громов, В.П. Чкалов, А.Б. Юмашев, Б.Н. Кудрин, В.К. Грибовский, А.С. Корзинщиков. Последнему принадлежит крылатая фраза: “Настоящий летчикиспытатель должен свободно летать на всем, что только может летать, и с некоторым трудом на том, что, вообще говоря, летать не может”. Под этим изречением могли бы подписаться сотни летчиков, окончивших серпуховскую авиашколу. Высокий уровень их летного мастерства во многом определил успешное развитие отечественной авиации на долгие годы.
Юрий СОЛОМАТИН
12.04.2006
*****
.
А вот по этой ссылке http://newc.narod.ru/article/prdx/tchklv.htm можно ознакомиться с интереснейшими фактами из жизни Героя, которые отрывками встречались в разных печатных изданиях, но в официальных источниках ни разу не публиковались.
|
